27-летняя Виктория Рощина попала в плен в августе 2023 года в Энергодаре, захваченном российскими войсками в начале полномасштабного вторжения в Украину. Рощина поехала в оккупированную Запорожскую область как внештатный автор «Украинской правды». Она собиралась подготовить репортаж о пленных на Запорожской атомной электростанции. Точная дата задержания Виктории Рощиной неизвестна. Международный фонд поддержки женщин в СМИ сообщил, что Рощина пропала на оккупированной территории 3 августа, отмечает «Суспiльне». Правоохранительные органы Украины получили заявление о ее исчезновении 12 августа. При этом один из респондентов Рощиной рассказал «Ґрати», что встречался с ней в Бердянске 22 августа. По его словам, журналистка собиралась в Мелитополь, но затем хотела вернуться и снова с ним встретиться. Однако 27 августа она написала, что встреча отменяется, и больше с ним не связывалась.

После задержания Виктория Рощина, предположительно, находилась в отделе полиции на проспекте Строителей, 17, на севере Энергодара на выезде к Запорожской АЭС Из Энергодара Рощину перевели в Мелитополь, где удерживали несколько месяцев. По словам Ирины Диденко, которая возглавляет в офисе генпрокурора Украины группу по делу Рощиной, журналистка «содержалась в так называемых гаражах». «РИА Мелитополь» ранее рассказывало, что пленных держат в гаражах на территории различных административных зданий в городе. Рощину перевели из «гаражей» в Мелитополе в СИЗО № 2 в Таганроге Ростовской области в декабре 2023 года. Одна из украинок, которая некоторое время находилась в этом изоляторе в одной камере с Рощиной, рассказывала журналистам, что в Мелитополе журналистку содержали в подвале, а во время допросов пытали током.

Виктория Рощина, как и многие другие задержанные мирные украинцы, содержалась в статусе «инкоммуникадо». Человека похищают люди без опознавательных знаков, они не представляются, не предъявляют никаких документов, ничего не объясняют родным. Человек просто пропадает. Про него «‎не знают» ни в военных комендатурах, ни в прокуратуре, ни в полиции, ни в следственном комитете.

Последний раз Рощину видели СИЗО-2 Таганрога 8 сентября, когда ее вывели из камеры и увели в неизвестном направлении. Позже оказалось, что её в критическом состоянии переводят в СИЗО города Кизел, где она умирает через неделю после перевода. Отец Виктории Рощиной получил от Министерства обороны РФ письмо, датированное 2 октября 2024 года. Документ подписал некто «В. Кох», предположительно заместитель начальника Главного управления военной полиции Минобороны России генерал-майор Виталий Кох. Он сообщил, что Виктория Рощина умерла 19 сентября, не приведя никаких доказательств. Кох сообщил, что тело Рощиной «будет передано украинской стороне в рамках обменами телами задержанных лиц». На протяжении почти 5 месяцев тело Рощиной не передавали Украине. Тело вернули 14 февраля 2025 года под видом «неидентифицированного мужчины» без мозга, глазных яблок, трахеи. Как сообщают журналисты "Важных историй", судебно-медицинский эксперт, пожелавший остаться анонимным, в разговоре с журналистами сообщил что скорее всего органы изъяли умышленно, чтобы скрыть удушение, от которого Рощина, по-видимому, умерла; прокуратура заявила, что Рощину подвергали жестоким пыткам перед смертью; её били током, на теле обнаружены ножевые ранения. ДНК-экспертиза в конце апреля подтвердила, что тело «неидентифицированного мужчины» — это останки погибшей журналистки. 27 мая 2026 года появилась новая информация со ссылкой на замначальника Следственного управления Нацполиции Украины Дмитрия Шевчука: при проведении судебно-медицинских экспертиз удалось выявить, что в СИЗО № 2 Ростовской области (г. Таганрог) Виктории Рощиной сломали затылочную кость. По словам Шевчука, Виктория подвергалась систематическому насилию из-за того, что требовала нормальных условий содержания, в том числе нормальной еды, а также отказалась петь российский гимн. Девушку удерживали в камере № 124 с антисанитарными условиями, где отсутствовала горячая вода, а на приём пищи отводилось только три минуты — за это время надо было в том числе вымыть свою посуду. Утром и до отбоя запрещалось сидеть или лежать. «В случае нарушения этих правил — избиения и другие проявления жестокого обращения», — подчеркнул Дмитрий Шевчук.