Российские силовики задержали Дамиана Омельяненко, Артура Шашенка и Алексея Макаренко в ноябре 2022 года. Их обвинили в организации серии взрывов в Бердянске, в результате которых были убиты заместитель руководителя ГАИ оккупационной полиции Александр Колесников и так называемый комендант Артём Бардин.

Известно, что Артура Шашенка вместе с Дамианом Омельяненко держали в СИЗО Таганрога, а в конце 2024 года перевезли в Мариуполь.

Обвинительное заключение по уголовному делу утверждено в апреле 2025 года. Артура Шашенка и Дамиана Омельяненко обвинили по ч. 2 ст. 205.4 УК РФ (участие в террористическом сообществе), ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ (вовлечение лица в совершение преступлений террористической направленности) и ч. 3 ст. 361 УК РФ (совершение акта международного терроризма).

По версии следствия, Артур Шашенок и Дамиан Омельяненко с 6 по 16 сентября 2022 года следили за заместителем председателя оккупационной администрации Бердянска Олегом Бойко и его женой – членом местного избиркома Людмилой Бойко. После этого другие (неустановленные следствием участники «террористического сообщества») из огнестрельного оружия расстреляли супругов коллаборантов в одном из гаражных кооперативов Бердянска. От ранений мужчина и женщина скончались. О причастности Шашенка и Омельяненко к убийству супругов Бойко было заявлено на судебном заседании в 2023 году. Также их назвали причастными к подготовке покушения на заместителя главы оккупационной администрации Бердянска Павла Ищука, коменданта Артема Бардина и руководителя ГАИ оккупационной полиции Александра Колесникова. В телеграм-канале «Бердянская партизанская армия» сразу же сделали заявление о том, что задержанные не имеют никакого отношения к их деятельности. В 2023 году Артур Шашенок был внесен в список «террористов и экстремистов» Росфинмониторинга. Первое заседание по делу состоялось в Южном окружном военном суде 6 мая 2025 года.

Не вынесен

«Мемориал» внес Артура Шашенка в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьезного нарушения закона, что не означает признания политзаключенным.